Приятные новости №39

Всё оказалось просто замечательно, тайка «отработала» по высшей категории, он остался доволен и рассчитавшись полез в душ. Там его ждал сюрприз.
Тайка оставила амулетик с какой-то каменной фигуркой внутри. Самый простой, даже не золотой корпус на серебряной цепочке. Раньше он слышал, что тайцы вкладывают этим амулетам волшебные свойства, что-то типа оберега от всяких напастей, а потеряв будут искать вечно. Самым простым было бы просто отнести на стойку ресепшена и когда она придёт и спросит про потерянный амулет, ей его аккуратно вернут и нет проблем.
Но старлей полиции Кикиморов не зря работал в полиции, и сообразив, что раз амулет может представлять ценность для тайки, можно «немного нажить»: надо найти тайку, договориться о сумме вознаграждения и получить свой приз. Сама же виновата, что потеряла такую ценную вещь, не так ли? Вот, а он стало быть нашёл – значит ему и положен приз в денежном эквиваленте.
В голове созрел хитроумный план, осталось только вспомнить, в каком именно кабаке он её снял, и решить на месте сколько требовать денег. А вдруг это страшно дорогая вещь? Какой-нибудь артефакт? Врядли. Откуда артефакты у проститутки? Но хоть баксов 300 надо стрясти по любому, однозначно не менее 300, а начать с 500. И он начал собираться в свой поход.
Итак, чуть позднее, около полуночи старлей Кикиморов садился в такси чтобы вернуться на Сой Ковбой, в тот самый кабак. Такси стояло на перекрёстке в ожидании зелёного света. Странно, за полночь, а тайцы всё равно умудряются сделать пробки на улице – подумал старлей. Таксист от скуки решил завести диалог

Хей ю! ве ю кам фром?

Ни хрена себе, подумал Кикиморов, так вот запросто ни здрасте ни привет тебе, сразу вопросы кидает! Хотя …

Ай фром раша, ответил старлей, достал из кармана амулет и показал таксисту. Хау мач?

Таксист выхватил амулет, включил свет в кабине и стал вертеть его в руке. Потом открыл бардачок и вытащил оттуда ювелирную лупу, открыл её и стал разглядывать с удивительным усердием. Потом оторвался от амулета и поглядев на старлея Кикиморова спросил что-то по-тайски.

Я не говорю по вашему, ай донт спик тай

– ответил старлей, и протянул руку, чтобы забрать амулет. Но подлый таксист вдруг решил зажать амулет и опять что-то сказал на тайском. Потом наконец из него вылезло что-то понятное

Файв хандред бат ю?

Видимо он имел ввиду, что готов купить этот амулет за 500 бат.

Файв ханред ноу, тен тоузанд окей!

Тут загорелся зелёный сигнал светофора и таксист снял тормоз и машина двинулась с места. Амулет подлый тайец засунул себе в нагрудный карман рубашки, как будто так и надо. Кикиморов от такой наглости обомлел. Да, он часто забирал паспорта «для выяснения личности», но чтобы его так же как простого терпилу кинули? У него закипела кровь.

Эй, чучело! Отдай что взял!

Тайцу было фиолетово. Т.е. он следил за дорогой, озирался во все стороны, и на окрик старлея внимания не обращал. Скоро такси подъехало к перекрёстку рядом с Сой Ковбой и таксист показал пальцем на счётчик. Мани давай, типа. Про амулет ни слова, как будто так и надо. Вот сволочь! Старлей резко перегнулся и схватив одной рукой тайца за шею, другой залез тому в карман рубашки, пытаясь вытащить амулет. Тайец пытался вывернуться, но железная хватка старлея Кикиморова была неполебима и он зацепил цепочку амулета.
Вдруг таксист открыл дверь такси и, потянув старлея через салон машины, вывернулся из железной хватки полицейского и оказался на улице. Даже для полуночного времени суток на улице было людно: местные сидели на табуреточках возле дешёвых переносных столов и давились традиционной тайской едой – богомерзким супчиком куо-тьяо, рисом со ошмётками свинины, гусятины или курицы или популярным салатом папая-пок-пок. Несколько иностранцев со своими подружками, множественные мотоцикло-рикши – вся эта разношерстная толпа занимала узкую полосу между проезжей частью и закрытыми магазинами и лавками.

Ночной Бангкок не спал, ночной Бангкок продолжал жрать.

Вот в такую липкую уличную атмосферу города выскочил таксист, а с другой стороны старлей Кикиморов, с амулетом в кулаке. Тайец начал что-то кричать и разношерстная масса сидящих, стоящих, идущих и жующих тайцев друг замерла и повернулась в сторону Кикиморова. Дополняя свой крик воплями и жестами тайского сурдоперевода он видимо жаловался на старлея, на то, что тот его страшно обидел сорвав с него священный для каждого тайца амулет. Его претензия подтверждалась значительно крупным по сравнению с ним Кикиморовым, а также порванной цепочкой, висяшей из его кулака.
Из толпы вышли полдюжины тайских мото-рикшей, и двинулись в сторону старлея. Что за ерунда, надо же так попасть! Подумал Кикиморов и начал обдумывать план бегства: перед ним была толпа ну очень любопытных тайцев, позади более-менее плотный 4-х рядный поток машин. В шахматах подобная ситуация называется «шах», а в простонародье «попандос!». Вспомнилось, что недавно «эксперт по Таиланду» Файзулитдин Хабибулин рассказывал о пародоксальном: приветливости тайцев и одновременно их удивительной жестокости.
Тайцы, которое двигались в его направлении, точно приветливостью не отличались. У одного Кикиморов заметил кастет, другой держал в руке короткую дубинку-выкидуху.

Напишем статью на заказ